Когда я умирала
Жанры: Классическая проза
- Год издания
- 2025
- Страниц
- 142
- Издательство
- ФТМ
- ISBN
- 9785171020477
- Язык
- ru
- Статус
- В процессе
Обновлено 20 ноября 2026
Аннотация
Роман, оказавший серьезное влияние на всю американскую литературу. Классика XX века. Глубокий Юг, каким видел, знал, любил и ненавидел его Фолкнер. Земля, где за тщательно побеленными фасадами старинных фермерских усадеб скрываются семейные тайны, кипят разрушительные страсти, ломаются судьбы и с...
Отзывы читателей
-
★★★★★
Цитата, которая невероятно точно описывает сюжет романа (что удивительно для аннотации). В этой двухсотстраничной Одиссее в прозе есть все: и Калипсо, и циклоп-людоед, и сирены, и Сцилла с Харибдой, конечно, не в буквальном смысле, метафорически приспособленные к атмосфере американского юга начала двадцатого века.
Роман равномерно мрачный с самого начала и до конца, но кульминация - монолог главной героини Адди, которая позже по сюжету умирает - в буквальном смысле вбивает гвоздь в крышку гроба любой надежды на светлое будущее (если таковая осталась еще у читателя к середине книги).
И да, это невероятно круто, когда речь ведется не от лица автора, а мыслями персонажей, их по началу очень много, но позже уже можно научиться определять стиль повествования некоторых (не всех, ибо книга слишком коротка, а персонажей очень много).
Не будь роман таким мрачным, приключения семьи с гробом можно было бы назвать томсоеровскими по своей нелепости.
Резюме.В Фолкнера влюбляешься с первого слова, и не разочаровываешься уже никогда.
-
★★★★★
Язык Фолкнера — узоры инея на зимних окнах. Дотрагиваешься до них рукой и они в миг расцветают, обдавая тебя жарким порывом летнего ветра. Насколько же он любил зной, раз поместил его даже в гроб с Адди Бандрен.
Каждое слово, каждый отзвук врезаются в память, оживая в воображении, где каждый герой смотрит на тебя живыми глазами со страниц книги. Такое, пожалуй, не забывается. И вовсе не тому что оно кровавое и ужасное, вязкое и безжалостное. А потому что замечаешь, как те, живя в этом мире, с ранних лет заранее готовятся умирать. И как иные, которые живы, умерли на её же глазах.
Проходит день, а ты ещё помнишь звук пилы, который сопровождал её дух на пути в иной мир. Помнишь, как она лежала там и видела собственный гроб, а может и саму себя в нём.Запах разлагающегося тела тонким шлейфом идёт за тобой, когда ты сворачиваешь за угол. А все они — равнодушные — разбегаются кто куда в разные стороны. Для мужа смерть жены оборачивается возможностью вставить зубы, для дочери — сделать аборт, сыну — приобрести желанный инструмент. А другой из сыновей, стиснув зубы, то ли по иронии судьбы, то ли за дело, вынужден позволить залить сломанную ногу цементом. И каждый из них при этом видит в самом процессе свершение огромной миссии, которую они выполняют по её наставлению и просьбе.Как оказывается, в огне не горят не только рукописи, но и гробы. Они же и не тонут, даже когда мулы уже давно под водой. 10-ти дневное умершее тело, словно по дорогам ада, довезено-таки до Джефферсона. Только ценой чего? — спрашиваю я постоянно саму себя.
Может прав был её отец, говоря, что
Ведь кому же об этом знать лучше и ближе, как не ей самой?
-
★★★★★
Мне казалось, что я всегда много читала - с самого детства. Я была первой в классе и по скорости чтения, и по чтению дополнительной литературы на лето, и по разнообразию своего читательского дневника (еще кто-то помнит такие?).Мне казалось ещё, что у меня богатое чтение, много авторов, я открыта для новых опытов и вообще, считала себя довольно крутой, прямо скажем.
Годам к 23 это ощущение подразвеялось, а с появлением ЛайвЛиба остатки моей читательской самовлюбленности просто разлетелись на куски. И так получается, что подавляющее большинство авторов, которых я теперь читаю, это новые имена в моей жизни. Практически любую рецензию я могу начать со слов - "это моё первое знакомство с тем-то". Причём нельзя сказать, что я раньше не слышала о Фолкнере, но его имя для меня значило примерно столько же, сколько для большинства людей значит имя Стивен Джеррард.
Итак, она звалась татьяной я познакомилась с Фолкнером. Уже с первых страниц было понятно, что он из тех писателей, которых вы любите - ну или не любите (если, конечно, такие люди существуют) - в первую очередь за текст. Сюжет и герои - они на фоне текста как бы вторичны, хотя и важны. Ну сами подумайте, сильно ли захватывает сюжет про помершую старушку-фермершу, которую семейство повезло хоронить в соседний город. Это, строго говоря, вся фабула. Ствол. А вот крона - пышная, запутанная, тёмная - состоит из монологов героев, которые болтают внутри себя про всё подряд: и про мать-покойницу, и про хахаля своего, и про то, как правильно смастерить гроб, и про пироги, и про семейную жизнь, и очень много про бога. Бог у них там у всех разный получился, но к концу книги те, кто про бога думал и говорил больше всего, кажутся самыми неприятными героями.
В книге почти ничего не происходит (а то, что происходит - описывается без всякого надрыва), но она при этом становится ощутимо болезненной с каждой страницей. Из обрывков воспоминаний и мыслей собирается трагедия за трагедией, побольше и поменьше, но жалко почти всех.
Тут я бы попеняла немного Фолкнеру: когда у твоих героев множество монологов, их вроде как надо делать разными, соответственно образу мыслей героя. Но я не вижу какого-то принципиального различия в словарном запасе доктора из города и маленького мальчишки, который, хоть и задаёт детские вопросы, но в голове у себя думает какую-то философию. И вообще, все эти необразованные герои имеют уж чересчур богатый внутренний мир.Это пеняние у книги ни одной звезды не отнимает, потому что головой я про это подумала, а ощущения находятся в тягучем восторге и им пофиг.
Библиографические данные и тексты отзывов собраны из открытого каталога: источник описания.
Похожие книги
Все жанры →
Жизнь взаймы
Классическая проза, Литература 20 века
Один из самых пронзительных романов в зарубежной литературе, история любви, которая трагически заканчивается из-за болезни. Эта книга была написана Эрихом Марией Ремарком…
Отзывы · 9 17 просмотров
Обломов
Русская классика, Литература 19 века, Классическая проза
Критический реализм выделяют в обособленное направление русской литературы, а роман Ивана Гончарова «Обломов» считают его вершиной. В романе Гончаров описал одну из острейших…
Отзывы · 10 13 просмотров
Ромео и Джульетта
Зарубежная драматургия, Классическая проза, Пьесы и драматургия
«Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте» — эта фраза классика прекрасно описывает атмосферу и глубину самого известного в мире произведения о любви…
Отзывы · 7 16 просмотров
Записки сумасшедшего
«Сегодняшний день – есть день величайшего торжества! В Испании есть король. Он отыскался. Этот король я. Именно только сегодня об этом узнал я. Признаюсь, меня вдруг как будто…
Отзывы · 10 13 просмотров
Гнев отца
Классическая проза, Русская классика, Рассказы
Маленький Том Беринг напуган обещанным приездом отца и его «гневом».© FantLab.ru
Отзывы · 8 14 просмотров
Мартин Иден
Литература 20 века, Классическая проза
Самый необычный роман Джека Лондона. Роман, который взорвал сознание нескольких поколений молодых людей разных стран, одержимых его почти ницшеанской идеей «сильного мужчины»…
Отзывы · 8 12 просмотров
Искра жизни
Классическая проза, Литература 20 века
Ремарка называют представителем потерянного поколения — поколения тех, кто пошел на войну молодым, научился убивать, а вернувшись, так и не смог найти себя в мирной жизни. Роман…
Отзывы · 8 13 просмотров
Портрет
Классическая проза, Зарубежная классика
Пугающая и трагическая история художника Чарткова из цикла «Петербургские повести». «Холодный пот облил его всего; сердце его билось так сильно, как только можно было биться…
Отзывы · 10 12 просмотров